Учитель «без призвания»

«О, Леонид Данилович, вот это Учитель…» Пожалуй так отзовется о нем каждый из его учеников. А их за тридцать лет работы в Невьянском механическом техникуме у Л.Тигунова был не то что не один десяток — не одна тысяча.

… О профессии педагога Леонид Данилович никогда не помышлял. Окончив Кировский политехнический институт, по распределению приехал на Невьянский механический завод в цех №11. Работал начальником участка, вел курсы мастеров, где читал курс «Станки». Все получалось у молодого специалиста на профессиональном поприще. Да вот с одним начальником не повезло — не взлюбил тот его: незаконно уменьшал зарплату, придирался ко всему, вставлял палки в колеса, действуя исподтишка. До того доходило, что хоть бросай все и уезжай. Но работу свою Леонид любил… Как раз в это время (1973 год) прямо на участок пришли представители администрации НМТ и предложили ведущему курсы мастеров специалисту перейти в техникум на преподавательскую работу и читать тот же курс «Металлорежущие станки» студентам. Леонид Данилович подумал-подумал, да и согласился. К «Металлорежущие станкам» добавили и вторую дисциплину — «Автоматизация производства», а через несколько лет стал преподавать еще и «Резание металлов и металлорежущий инструмент».

—Трудно было по началу, — вспоминает Л.Тигунов, — образования у меня специального, педагогического не было, подготовка к урокам занимала много времени. Да и студенты – не заводчане: приходилось и дисциплину держать, и желающих отдохнуть на паре, поотлынивать, в рабочее состояние приводить… Да и не мое это.

Опыт приходил постепенно. А о нарушении дисциплины на занятиях у Тигунова вообще даже речи не было: студенты с первых пар понимали, что здесь придется «попахать»: педагог он был требовательный, строгий, но справедливый. Как говорится, не стеснялся заслуженные «двойки» ставить, и даже не в единичном экземпляре. Как-то раз директор техникума, им в то время был Владимир Михайлович Семенов, вызвал учителя к себе в кабинет:

— Что ж это у тебя, Леонид Данилович, за первую же работу у полвины группы «пары» стоят?

— Что заслужили, то и стоит. Начнут учить как следует, начнут и дисциплину понимать, а стало быт, и отметки другие будут.

Учили все практически без исключения, а потому и знали предмет хорошо. Правда, не всегда так было. Исключение (пожалуй, единственное) было в девяностые, те самые отчаянные, лихие, малиново-пиджачные. Одна из студенток пары прогуливала, работы зачастую не выполняла, теорию не учила, соответственно, и на экзамене в ее зачетку встала «2». В ответ девушка лишь хмыкнула. А на следующий день в кабинет к Леониду Даниловичу явился браток в том самом пиджаке и золотой цепи и вместо приветствия схватил преподавателя за грудки, обозначив все прелести жизни, которые ждут несговорчивого препода, если у означенной выше барышни не появится положительная отметка. Напомнил и про семью: мол, о себе не думаешь, о них подумай, всякое и с ними может случиться. Внутренняя порядочность и принцип справедливости, которому Л.Тигунов никогда не изменял, не позволили ему пойти на компромисс с совестью, и тройку он ставить отказался. Эпизод здорово пошатнул здоровье педагога, с тех пор у него начались проблемы с сердцем. Ну а руководство техникума, заботясь о своем преподавателе (о его безопасности — прежде всего), решением аттестационной комиссии поставили студентке незаслуженную тройку.

— Не мое призвание, — в очередной раз подчеркивает Л.Тигунов. — Получается, что я всю жизнь не своим делом занимался…

Вряд ли эту точку зрения разделяют его ученики, всегда уважавшие его за безупречное знание своих предметов, за умение четко и доступно их объяснить. А еще за строгость и справедливость — это едва ли не самые главные качества педагога в глазах учеников.

Им он не изменил и тогда, когда за парты техникума сел родной сын. Но, надо отдать должное, учился Алексей хорошо, не зря после окончания техникума в числе других своих однокурсников был зачислен на особых условиях в Челябинский политехнический институт. Группа их 14 невьянцев высшее образование получала по несколько ускоренной программе и не раз подтвердила на деле, что знания в нашем техникуме давали прочные и основательные.

— Да у меня вообще много хороших ребят училось, — говорит Леонид Данилович—толковых, в том числе — два невьянских мэра и нынешний председатель Думы округа (улыбается). Единственное, коммерческие группы не любил и всегда брал только «бюджетников» дневного или вечернего отделения.

Многие из них, уже усвоившие, что у Тигунова подготовка на «абы как» не пройдет, приходили к нему на старших курсах на дипломные работы. И блестяще защищались.

…Мы часто употребляем фразу «Учитель по призванию, педагог от Бога». А Леонид Данилович говорит, что просто учил ребят будущей профессии, порой вколачивая прочные знания в их чубатые и не всегда наполненные смыслом жизни головы. Просто и без призвания. Но разве настоящее призвание обосновывается лишь наличием диплома об окончании педагогического вуза? Отнюдь! Оно — в десятилетиях успешной работы, в тысячах академических часов, когда в глазах студентов сквозит живой интерес, к тому, о чем ты говоришь, и в сотнях благодарных вчерашних твоих учеников. Тех самых, что при упоминании твоей фамилии и годы спустя восторженно говорят: «О! Вот это Учитель…»

Ольга СЕВРЮГИНА