«Здесь даже липы пахнут Родиной»

7 декабря, исполнилось бы 70 лет известному невьянскому поэту Олегу Санькову. Он рано ушел от нас — в возрасте 37 лет, но оставил замечательное литературное наследие: две папки с его стихами бережно хранятся в Невьянском историко-архитектурном музее, отданные туда в свое время одним из друзей поэта с надписью: «С правом публикации после моей смерти».

Много лет папка пролежала в хранилище музея. Но вот пришло время, и стихи нашли дорогу к читателю. Друзья поэта, его сын поставили перед собой цель: выпустить книгу поэзии Олега Санькова. Вчера это издание, которое называется «В лавине чувств», было представлено невьянцам на вечере под названием «Здесь даже липы пахнут Родиной», прошедшем во Дворце культуры машиностроителей. Программу подготовил литературный клуб «Созвездие», работающий в ДК пос.Цементного, откуда родом Олег Саньков.

Анна Игнатьева, руководитель литературного клуба «Созвездие».

Сегодня мы предлагаем читателям подборку стихов из новой книги, которые ранее нигде не публиковались.

* * *

Я мог бы в стихах и прозе

Паясничать на заказ.

Но розов, но страшно розов,

Чертовски розов закат.

И я, в надежде исправить

Что-то за нас с тобой,

С размаху бросаюсь в память

Как в омут — вниз головой.

Вслепую сквозь ритмы, рифмы

Плыву в мешанине слов,

И натыкаюсь на рифы,

И в щепу крошу весло…

И все-таки это счастье —

 Верить: не солнце — конь

Огненно-рыжей масти

Лижет соль облаков.

Вжавшись щекой в березу,

На мир распахнув глаза,

Видеть, как страшно розов,

Чертовски розов закат.

Оленьке

Спи, кроха, спи, —

Земля не вздрогнет облегченно,

На кубики домов

Не ляжет пепел черный.

А созвездья доброты

Щитом тебя укроют,

Пусть ты — пока и в сказках

Не узнаешь крови.

Спи.

За тридевять земель,

Прижав к щеке ладошку,

Посапывает принц —

Соседский рыжий Гошка.

Спи.

Повзрослеешь —

С целым миром можешь спорить,

Обид прощать не станешь,

Зла не будешь помнить,

Возьмешь в пажи

Ее Высочество случайность.

Спи, —

Пусть тебе приснится

Розовая чайка.

Когда за двадцать

И когда тебе уже за двадцать,

Если не смирился, не притих,

Трудно подлецам не удивляться,

Глупо удивляться, встретив их.

И когда тебе уже за двадцать,

Ты — в душе — потенциальный труп:

За серьезный труд пора бы браться,

Поздно — браться за серьезный труд.

И когда тебе уже за двадцать,

Ну а ты не делал ни черта,

Глупо в скучных книжицах копаться,

Скучно глупых книжек не читать.

И когда тебе всего за двадцать,

А в глазах — усталость и тоска,

Просто руки опустить и сдаться,

Подло — сдавшись, руки опускть.