18+
Герб Невьянского городского округа
Рекламный баннер 980x90px unterhead
Архив
Рекламный баннер 300x200px left-1
Рекламный баннер 300x600px left-2
Рекламный баннер 300x60px right-1
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
2016-02-05
Рекламный баннер 300x60px right-2
Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, почему нет новых номеров в архиве?
Подробнее...

Холодная война 2.0: либерализм против консерватизма

Холодная война 2.0: либерализм против консерватизма
2021-08-17
2175

Джоанна Росс, журналистка, Шотландия

Никто не станет отрицать тот факт, что десятилетняя холодная война между СССР и Западом определялась идеологической конкуренцией. Разница в ценностях между системами капитализма и коммунизма была слишком велика для их мирного сосуществования. Однако теперь, вступив в, вероятно, гораздо более напряженный период в отношениях России и Запада, мы слишком часто слышим разговоры о том, что идеологического конфликта между сторонами нет. Утверждается, что коммунизм потерпел поражение в 1991 году, и ученые из кожи вон лезут в поисках попыток приписать нынешний кризис свойственной Западу русофобии, Кремлю или присущему обеим сторонам застарелому образу мышления времен холодной войны. Однако при этом игнорируется та роль, которую две доминирующие глобальные идеологии играют в формировании современной геополитики: либерализм и консерватизм.

Глобализация и, что более важно, интернет оказали глубокое влияние на человеческое общество, а, следовательно, и на политику. Считается, что существует связь между соцсетями и популизмом и что многие европейские популистские движения разделяют консервативные ценности в противоположность либеральным. В своей работе "Консерватизм, популизм и кризис либеральной демократии: грядут новые политические отношения" профессор Грег Саймонс из Университета Упсалы в Швеции пишет о вызове, брошенном либеральному гегемонистскому порядку, а также о кардинальных изменениях в нашей политической жизни. Саймонс утверждает, что ярлыки "правых" и "левых" взглядов более не годятся для обозначения политических пристрастий. Профессор заявляет, что устаревшими их пока не назовешь, но теперь существует новая "ось политической ориентации", а именно выбор позиции "за" или "против" государственно-партийного аппарата. Саймонс также предупреждает об отрицательной реакции на "негативную кампанию" либерального порядка против популистских и консервативных ценностей, а также о попытке создать в большой политике герметичную среду с помощью ведущих СМИ. Он утверждает, что о полном отсутствии взаимопонимания с настроениями общественности свидетельствуют результаты разного рода выборов.

Однако я бы сказала, что понятия "правый" и "левый" стали неуместны с точки зрения повестки дня политических дискуссий и не дают полной картины процесса развития общества. Современный мир делится примерно напополам между либерализмом и консерватизмом. Либеральная гегемония, существовавшая после падения коммунизма, ослабевает. Эпоха интернета форсирует нашу жизнь и ввергает нас в эпоху пришедшего на смену религиозности секуляризма, а также трансгендерства наряду с ЛГБТК-укладом вместо традиционных семейных ценностей, и для многих этот шаг оказался чересчур быстрым, ознаменовав переход границы дозволенного. Ведь об руку с этой либеральной идеологией приходит агрессивная политкорректность, а, стало быть, любой несогласный с этими идеалами будет подвержен публичному наказанию и социальной изоляции. Ярким примером стала недавняя травля британской писательницы Джоан Роулинг, которая нелестно высказалась в адрес трансгендеров.

Благодаря интернету границы стран утратили значимость. Люди идентифицируют себя не по национальному признаку, а в соответствии с определенной системой ценностных представлений: на смену национализму пришла политика идентичности, то бишь гендерная. Таким образом, если взглянуть на международные отношения сквозь призму либерализма и консерватизма, можно получить гораздо более объективную картину геополитических союзов. Запад представляет собой группу "либеральных" демократий, но, когда в рамках этого "блока" избирается более консервативное или популистское правительство, оно становится угрозой его существованию и попадает в политическую изоляцию. Мы видели это в Америке на примере Трампа, в Великобритании на примере Бориса Джонсона и в Венгрии на примере Виктора Орбана. Вообще, Венгрия и ее правящая партия Фидес может иметь больше общего с Россией, чем любой из ее европейских соседей, в свое время я объясню почему.

Конфликт между Россией и Западом станет прозрачнее, если начать клеить ярлыки консерватизма и либерализма на окружающий мир. В последние два десятилетия Россия приобретает все более консервативный уклон в ответ на давление модернизации и вестернизации, как пишет профессор Пол Робинсон в своей книге "Русский консерватизм". Робинсон в равной степени мог бы назвать это ответом на либерализм, поскольку консерватизм, несомненно, также являлся ответной реакцией на "анархию" 90-х, которые простой россиянин вспоминает с содроганием. Сюда также относится возрождение православной церкви.

На самом деле, отказ России популяризировать либеральные принципы превратил ее в проклятие для самого существования Запада. Повсеместное консервативное отношение россиян к гомосексуализму постоянно используют в качестве оружия информационной войны. Когда в 2013 году в России был принят закон о запрете пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних, в западных СМИ его изобразили направленным против геев и лесбиянок. Схожим образом недавно заклеймили аналогичный закон, принятый в Венгрии. Западные СМИ и политические элиты отказываются мириться с консервативными взглядами.

Это было наглядно продемонстрировано во время Олимпийских игр в Токио, когда представители западных СМИ обвинили своих российских коллег в оскорбительных высказываниях в адрес британского пловца нетрадиционной ориентации Тома Дейли. Комментаторы транслирующейся в прайм-тайм российской программы "60 минут" назвали Дейли и ему подобных "мерзостью". Эта новость, очевидно, была призвана обострить напряженность, поскольку Том Дейли и другие коренные британцы вряд ли смотрят российские новостные программы. Большинство из них вообще не переводятся на английский язык. К тому же западные СМИ, похоже, забыли, что не так давно подобное отношение к представителям ЛГБТК-сообщества было в Великобритании вполне обыденным. Это сейчас выражать негативное к ним отношение человек будет лишь на свой страх и риск.

Подобный авторитарный либерализм и подавление свободы слова порождают гнев избирателей. Отчасти именно это привело к желанию Великобритании выйти из ЕС, в США –  к трампизму, а в Италии и Германии – к появлению партий "Движение пяти звезд" и "Альтернатива для Германии", соответственно. Это объединяет людей по всей Европе и во всем мире, поскольку население отвергает диктуемые ведущими СМИ либеральные принципы.

В настоящее время Россия предпринимает значительные усилия для продвижения консерватизма в масштабах планеты. Как пишет политолог-международник Андрей Цыганков, недавно заявленная приверженность страны консервативным ценностям национального единства, суверенитета и традиционной семьи противоречит либеральным приоритетам Запада, то есть по серьезным вопросам у сторон очень мало общего. В то же время президент Путин даже на личном уровне хорошо ладил с такими консервативными политиками, как француженка Марин ле Пен и министр иностранных дел Австрии. Да и кто забудет слова Дональда Трампа о его "очень, очень хороших отношениях" с российским президентом.

По сути, Россия навлекает на себя гнев либерального истеблишмента. Поэтому ее постоянно в чем-то обвиняют: то она помогла прийти к власти Дональду Трампу, то учинила Брексит в Великобритании. Либеральная элита отказывается посмотреть правде в глаза; их миропорядок умирает, и в этом нужно же кого-то винить. Кого как не ту самую страну, которая открыто пропагандирует консервативные ценности; страну, чьи общество и СМИ не считают либерализм данностью и уверены, что успех современной организованной и процветающей культуры никак не связан с принятием западных либеральных ценностей. Дело уже не в коммунизме и не в многолетней русофобии. Россия представляет угрозу либеральной гегемонии, и ей не позволят об этом забыть.